...Спали синие просторы,
Днестр вздремнул,
И Буг вздремнул
В час, когда пограндозоры
Услыхали в небе гул.

Налетели бомбовозы –
И, нарушив ночи тишь,
Всколыхнули взрывы воздух,
Покатился грохот с крыш.

Озарили вспышки запад.
И в мерцании огней
Загремели громы залпов
Сотен вражьих батарей.

И от этих адских залпов
Рощи вздрогнули, поля,
На мгновенье показалось:
С небом сблизилась земля.

Дали в дыме утонули,
Мирный кончился покой.
Вместо птиц запели пули
В это утро над рекой.

Крепость Брестскую разрушить,
Разметать и в пух, и в прах
Силой бомб и силой пушек –
Цель поставил злобный враг.

В мощь свою поверив слепо,
Он поклялся небесам:
В первый день сраженья крепость
Взять к двенадцати часам.

После первых же ударов,
Оборвавших мирный сон,
На залитых кровью нарах
Раздавался тяжкий стон.

Стены крепости дрожали.
И быстрее, чем гонцы,
Вниз по лестницам бежали
Командиры и бойцы.

Обтекая крыш карнизы
Черным облаком густым,
Вспышками насквозь пронизан,
Расползался горький дым.

Пулеметчик к пулемету
В жуткой схватке прикипел,
И, наверно, вражью роту
Он скосить уже успел.

По фашистам метко бил он,
Продолжал неравный бой.
Взрыв…
Окоп зашевелился,
Шелохнулся как живой.

А враги опять подходят
Сквозь свинцовый этот град…
Жаль, патроны на исходе,
Не осталось и гранат.

И нечаянно он тронул
Окровавленную бровь
И подумал: «Что патроны?
На исходе даже кровь».

Отбиваться было надо.
Сбросив наземь свой мундир,
Пулеметчика – солдата
Заменяет командир.

Почернело поле брани.
Пуль не молкнет перещелк.
Командир смертельно ранен;
Пулемет его умолк.

И тогда к нему на помощь,
Хоть была оглушена,
Из разрушенного дома
Смело бросилась жена.

...Здесь и матери, и дети,
Оказавшись на войне,
Укрываются от смерти
В казематной глубине.

В подземелье пыльно, душно,
Пахнет йодом и свинцом.
Наклоняется старушка
Над израненным бойцом.

И среди бойцов,
Средь близких
Здесь, едва в живой тиши,
Торопясь, патроны в диски
Набивают малыши.

Ради жизни, ради мира
Надо было воевать…
Собирали командиры
Всех, кого могли собрать.

Было горько и досадно,
Что из дали огневой
Глуше, тише
Канонада
Подавала голос свой:
По лугам, лесам и пашням
Отходя за горизонт,
В глубину страны все дальше
Тяжело катился фронт.

Кровь текла.
Земля дымилась.
Ввысь росли огня стога.
Все труднее становилось
отбиваться от врага.
И гранаты в душном мраке
Чаще средь бойцов рвались
А потом опять атаки дымовые начались.

... – Пи-ить! –
Девчонка, как синичка,
Умоляет каземат.
Жажда мучила привычно
И детишек, и солдат.

Вот боец с повязкой алой
Простонал: – Едва дышу.
Дайте мне воды хоть малость,
Я еще им покажу!

Пи-ть… пи-ить девчонка просит,
Мальчик ей вторит: – Пить!
Командир угрюмо бросил:
– Надо воду раздобыть!

Здесь не выдержит железный,
Здесь не выдержит любой.
За водой солдаты лезут –
Лезут – жертвуя собой!

...Отпылал июнь…
В июле
Кровью летопись свою,
Презирая вражьи пули,
Пишут воины в бою.

Всё свершив, что были в силе,
В роковые эти дни,
Нам ни званий, ни фамилий
Не оставили они.

«Нас осталось только трое», –
Кто-то вывел в свете пуль.
«Умираем, как герои».
Даты нету, лишь «Июль».

Нет, свои они прославить
Не пытались имена,
На столетия оставив
В брестском камне письмена.

Просто им сказать хотелось
Доброй Родине своей:
Все, что в их сердцах имелось,
Целиком отдали ей.

Сколько за Отчизну павших
На переднем рубеже,
Если даже отступавших
То – в бессмертие уже.

Крепость-Брест…
Войны приметы,
Флаги в солнечных лучах…
Здесь грядущий День Победы
Сделал самый первый шаг!..