ek  вк  brest-kult  

VideoHosting 

Пташиц Василий

         Пташиц Василий Андреевич родился 22 сентября 1949 года в д. Заозерье, Ивановского района, Брестской области в семье первого председателя колхоза им.С Будённого. В 1966 году закончил десятилетку в Мотоле. Служил в рядах Советской Армии. Закончил техникум в Пружанах, затем Белорусский политехнический институт по специальности инженер-электрик. Работал в различных организациях электриком, инженером, менеджером, председателем общественно-культурного объединения «Полиссе». В настоящее время – индивидуальный предприниматель. Бывал в заграничных поездках в США, Канаде и в ряде стран Восточной и Западной Европы. Вдовец. Имеет двух взрослых дочерей.

В интернете опубликовал работу «Иерархия и пределы Вселенной».
На Фэйсбуке "Система методов в жизни человека".

 


 

       ***
Вот и настало время уезжать.
Прощай песок и шумный говор моря,
Прощай гостиница, измятая кровать
И ты, Болгария, в холмах и косогорах.
Судьба народов, как судьба Земли,
Она, как говорят, повсюду та же.
Пусть исчезают в дымке корабли
И разных наций разговор на пляже.
И ты, дешёвый и пьянящий «Бряг»,
Для Русских душ, случайная находка,
Когда же цены свой замедлят бег?
И станет, как и «Бряг» дешёвой водка.
Прощай, Болгария. Ничем не удивишь
Меня, да и собратьев тоже,
Разве лишь тем, что ты душой кривишь,
Что доллар всё-таки тебе дороже.

       ***
Да вознесёт мечту над бездной,
Бескрайней, жуткой и великой,
Где гул морей сольётся с шумом мира,
Где суеты не будет бесполезной,
Но станешь ты, навек свободной - лира.

       ***
Всевышнему не надо лесть и месть –
Его устраивает всё, как оно есть.

       ***
Мать ты моя мама,
Мать, моя старушка,
Я сегодня пьяный,
Вышел на опушку.
Душу охватила,
Тихая тревога,
Я тебя увидел
Дома у порога,
Я тебя увидел,
Возле нашей хаты,
Где встречал рассветы,
Провожал закаты.
Только не печалься,
Милая, родная,
Не журись, не жалься
О судьбе гадая.
Пусть у наших окон
Расцветают розы
И печаль развеют
Белые берёзы. 

       ***
Мне не рыдать и с горечи не плакать,
Что, как другие не умею жить.
Я свою жизнь, пусть даже она слякоть,
Всё же, в душе хочу благодарить.
Благодарю за всё я этот мир,
За всё, что чувствую и что люблю,
За то, что понял тех, что пьют чифир,
И сознающе курят коноплю.
Благодарю за радости, за горе,
За дни в былом, ушедшие напрасно
И что рукой, хватаясь за заборы,
Не утонул в одном прекрасном.
Красивая, размашистая жизнь,
Ты, всё-таки любима мне до боли,
Ведь, неужели, по охотной воле?
Была команда создана «Ложись!»
И я люблю, люблю её рабом,
Со всем плохим, угрюмым и хорошим,
С командами и личным багажом,
Что каждый смертный тащит в своей ноше.
В морских пучинах и на твёрдых сушах,
В хвалу и честь, что будут создавать,
В хвалу и честь, что будут что-то рушить,
Благодаря, мне хочется сказать:
Познаньем истин обогретый,
Лечу в Зенит – пусть падаю в Надир,
Люблю тебя, в цветущее одетый,
Голубоглазый, ненаглядный мир.

       ***
Не люблю я тебя. Не люблю никого.
Букет ярких цветов приготовился к почестям,
Ну а сердце болит и щемит от того,
Что к тебе мне идти не хочется.
Не люблю я тебя. Не люблю никого.
И от этой любви мне бежать так и хочется,
Но я должен прийти и тебя поздравлять,
Чтобы скрасить твоё и своё одиночество.

       ***
Не моли, мать, о том, что знаю,
Хоть и твой, да не с мягкого теста,
Пусть всё будет, как сам гадаю.
Не нужна мне сейчас невеста.
Не нашёл я ещё своей,
Хоть в словах ты права в эти дни,
Говоря: сеют люди – сей,
Говоря: жнут люди – жни.
Всё пройдёт и настанет час,
Когда буду в работе сыт
И тогда навсегда и раз,
Окунусь ещё в этот быт.
И идя за одним хорошим,
В свете бездны, чрез все ненастья,
Не глядя на большие гроши,
Пронесу с ней любовь и счастье.
Я не буду один. О мать,
Ты пойми, чтоб не съела скука,
Слишком пагубно днём мечтать
Мне о детях -  тебе о внуках.
И напрасно ты мне втихомолку,
Оценив на сберкнижке, пуде,
Говоришь, что с меня не будет
Никогда, никакого толку.
Что ж не будет- другим согреюсь.
Верю, мать, я одной примете:
Кто в богатстве за медь болеет,
За душой и на ту не имеет. 

       ***
Не умолкнет и не угаснет,
В тихом сердце зовущая звень,
Сколько б всюду за мной, отпечатком не ясным,
Не бродила моя не отступная тень.
Отдалённый, игривый свет,
Захлестнул все мечты до края.
Никогда не сказать мне нет,
Никогда одному не растаять.
Я останусь мечтать и жить,
От души улыбаться хорошему.
Отзвенело не всё, стало быть,
Если всё навсегда не брошено.
Пусть звенит молодая пора
И мечты, улетая с неделями,
В ярко-вспыхнувший свет золотого утра,
Вдохновляют их в путь за целями.
Не умолкнет и не угаснет,
Мысль живущая, сила-мысль,
В неизведанный мир, в дерзких схватках с неясным,
Её тянет, зовёт человеческий смысл.

       ***
Незримо наступает темнота,
А предо мной цветок листки раскрыл,
Такой, красивый, свежий, словно та,
Которой юность в прошлом подарил.
Неуспокоенные грёзы и мечты,
Хоть ты с другим, но нынче на вспомине,
Мой взгляд упал чуть, странно, на цветы
И ты восстала в платье светло-синем.
Прощаешься и подаёшь мне руку,
Как будто знаешь, что в последний раз,
Я был твоим, твоим, хоть не в поруку,
А ты моей, с голубизною глаз.
Светловолосая и чуточку в веснушках,
Ты не забыта – вновь и вновь внемлю.
Не знала ты о Армии, о пушках,
А я не знал, что я тебя люблю.
А сколько раз солдатскими ночами,
За тысячи вёрст ты приходила в сон,
Мне рассказать, что больше между нами,
Не будет встреч, а встанет кто-то он.
И вот теперь, как юность, как мечты,
В цветке красивом, с изумрудным соком.
Зачем, не знаю, вспомнилась ты,
Напоминая больно о далёком.

       ***
Оставь меня наедине,
Уйди ты в комнату другую,
Мне кажется, что на коне
Я вихрем мчусь в страну чужую.
Кругом заборы и столбы,
Кругом ютятся бедно хаты
И тень приглушенной борьбы
Печалит вид Земли мохнатой.
Пустой простор: леса, кусты,
Поля, овраги, косогоры,
Встречаются в пути мосты,
Бегут бетонные опоры
И ширь земная предо мной,
В простом, простом искрится свете,
Как будто всю её такой,
Я где-то видел на портрете,
Как будто всё знакомо мне,
Как будто жизнь в дороге прожил
И сам себе наедине
Я этим душу растревожил.

       ***
Ошибок в жизни много есть,
Но самая большая давит в темени,
Неисправимая, ошибка-месть,
Свершённая в пустой растрате времени.
А время, время! Нет ему цены –
Это не время, это прямо «Мы».
Недаром дни уходят в сны,
А как уходят? В пол цены.
Во времени гармония и грация,
Во времени наш труд и наша бдительность,
Во времени вопрос? Организация.
Во времени – производительность.
А может не жалеть о времени?
И даже вспоминать о нём не надо,
Когда для всех в недонесённом бремени,
Гремит певучая, походная гренада.
Они идут. Шаги не умолкают.
Они идут, любя безумно Родину,
Кто впереди, а кто не успевает,
Спешить за тем, что уже веком пройдено.
И каждый подражая кораблю,
Промолвил тихо, что-то покидая:
Да свидимся ещё, недаром я люблю,
Люблю всей полноты того не зная.
И не то мёртвое, не то живое,
Оно уносится куда-то без возврата
И что бы в мире не было такое-
Его с ним ждёт суровая расплата.
A всё прекрасно и в цветах красиво,
Но почему-то давит в темени:
Ошибка-месть, свершённая игриво,
Свершённая в пустой растрате времени. 

       ***
Стихи – стихами,
Слова – словами,
Судьба – судьбой
И не известно –
С кем будешь ты
И кто со мной?

       ***
Ты невольно появилась
Лёгким облаком в просторе,
Вдруг волной засеребрилась,
Набежавшею из моря.
Только волны с пеной шумной,
По песку скользят упруго,
Только этот мир безумный,
Нам не даст понять друг друга.
Всё стыдливою пропажей,
Растворилось в небе синем:
Опалённый берег пляжа
И простой уют гостиниц.
Ты невольно мне приснилась,
В голубом, морском просторе,
Вдруг волной засеребрилась
И ушла обратно в море.

       ***
Ты, как утренняя сказка,
В дольнем зареве рассвета
И любовь твоя и ласка
Мне приснились этим летом.
Не стихает сон мечтаний.
Сильных чувств поток широкий,
Да во сне предначертаний,
Виден клён мне одинокий.
Без предвзятости наивной,
Приглашает до бесконца,
Любоваться жизнью дивной,
Под ветрами и под солнцем.
Ты, черёмухи цвет белый,
Тот, что в лунном свете ночи,
Мне когда-то, так не смело,
О любви моей пророчил.
Ты, весенний день игривый,
Тот, что с песней тихой, нежной
И с улыбкою красивой,
Подарил мечту с надеждой.

       ***
Ты, когда мне скажешь,
Милая пропажа,
Ты, куда исчезла,
Ты, куда ушла?
Пусть сирени ветви
О тебе расскажут,
Что в душе моей ты,
Счастья не нашла.
Только ты мне снишься
Лунными ночами
И ко мне приходишь,
Ты любимой вновь
И смеётся небо
Звёздными очами,
Что была когда-то
Юность и любовь.

      ***
Тяжело мне или легко,
Суть, конечно, не в этом,
Только я нахожусь далеко
И потому стал поэтом.
Вся Земля уже нами обжата.
Расстояния – это плёвое дело
И гляжу я глазами примата,
На всё то, что уже надоело.
Ну а в номере чертовщина:
Что связало нас так узами,
Из наклейки смотрит мужчина.
Отмороженными глазами.
Да, так можно держаться смело,
Благородным, красивым пыжем,
Ну, а жизнь, чёрт возьми, пролетела,
Как фанера над Парижем.
Пусть исходного пункта не будет,
Но я снова начну с начала
И всевышний меня не осудит,
Если всех нас такими создал он.

       ***
Улетает время, улетает,
В прошлое, неведомо куда?
Пусть кукушка мне весной гадает,
Где и как пройдут мои года?
Улетает время и с разбега,
Уплывают в небе облака.
Пусть ручей, что вырвался из снега,
Выпьет полноводная река.
Улетает время, тёплый свет струится,
С пожелтевшей осени в багрянец.
Пусть глаза твои мне будут снится.
Пусть любовь гореть не перестанет.
Улетает время, страшно оглянуться,
На в недавном прошлом, молодых юнцов.
Улетают птицы, чтоб опять вернуться
И поднять на крылья молодых птенцов.

       ***
Всё осталось в прошлом. Знаю, знаю,
Вы теперь уж замужем давно.
Очень редко Вас я вспоминаю,
Да и Вам не всё ли ведь равно.
Хорошо, что есть такая штука,
Что человек умеет забывать.
От прошлого осталась лишь наука,
А то пришлось бы, думая гадать.

       ***
Всё проходит, ускользает тенью,
Покидая непонятный зов,
Словно в сказке лёгкое мгновенье,
В небе птицей тает без следов.
Так и ты, неслышно, по не многу,
С тихим ветром, разделив печаль,
Выбрав цель другую и дорогу,
Незаметно уплываешь в даль.
Пусть ты будешь для меня, как след,
Пусть все чувства на тебя растрачу –
Помни то, что от любви и бед,
Никогда я в жизни не заплачу.
Потому что по своей натуре,
Может к грёзам, может быть к несчастью,
Или, может, в символ сильной бури,
Я родился к чёрному ненастью.
Стало быть, тебя я не найду,
И поэтому, за всё плохое, может,
Мне порою хочется в бреду,
Садануть кому-нибудь по роже.
Чтобы с этим, роковым ударом,
Всё что ты, стереть своей рукою
И потом не думая о старом,
Смог усталость разделить с другою.
Ты всё таешь, утонув в тревогу,
Без возврата к новому припав,
С каждым днём уходишь по не многу,
Мне об этом слова не сказав.

       ***
Дует ветер, песок заметая,
Всё срывая на сопках, со скал.
Здравствуй, здравствуй, сестрёнка родная,
Как я долго тебе не писал.
Вспомнил я нашу старую хату,
Мной усушенный клён на углу,
Черепицу со мхом, походящим на вату,
Да с дождём моросящим, осеннюю мглу.
Ты всё дома сейчас проживаешь,
В том же сельском, спокойном быту,
Той же клюшкой картошку копаешь,
В полу-высохшем нашем саду.
Помню я, те далёкие грёзы,
На песчаной дороге села,
Ты любила смотреть на берёзы
И на липу, что рядом росла.
Долго сидя, порой у окна
И увидевши мать на дороге,
Выбегала, кричала: Мамочка… Ма!
И встречала её на пороге.
Тебя знала по дому забота,
С твоих худеньких, девичьих плеч,
Не сходила такая забота:
Мыть, стирать или вытопить печь.
Ты учиться сейчас поступаешь,
Что не ново и в сельской глуши.
Всё в учёбе свой хлеб добываешь,
Что ж, учись, только жить не спеши.
Поступай и учись, я желаю
Много радости, счастья тебе,
Что ещё пожелать я не знаю,
Да не смог бы, как знать и себе.
Вот и вспомнил я прошлые годы,
Мной усушенный клён на углу,
Золотые берёзы, сады, огороды,
Да с дождём моросящим осеннюю мглу.
Дует ветер песок заметая,
Всё срывая на сопках, со скал.
Будь счастливой, сестрёнка родная,
Как я долго тебе не писал.

       ***
За что? -  Не знаю. Как терял? Где след?
Пропал мой пыл и я собой поник
И мне теперь не пенье и не трепет,
А нравится разгул и дикий крик.
Я многое ещё не сознаю
И бьюсь, как рыба головой об лёд,
И в поисках не вижу цель свою,
Что бы дать жизни устремлённый ход.
Апатия и горький пессимизм.
Мне кажется, что я угас на дне,
И наше будущее – коммунизм,
Сейчас не впереди, а в стороне.
И в вечную любовь теперь не верю.
Любовь всего пустая трата чувств,
Как человеку, так и злому зверю,
Она дана в потребности на вкус.
И то, что было, знаю не вернуть.
Лучшего не жду, чтобы увидеть.
Перестал я верить в золотую муть,
Перестал любит и ненавидеть.
Но всё-таки я не хочу пропасть,
Пропасть бесцельно, лишь бы как, за нет.
Залить всё водкой и затем упасть,
В дыму угарном тусклых сигарет.
Вот потому остыл и охладел
И сны с сознанья золотые снял.
Мне надо цель, а подошёл предел,
Который я в обмане разгадал.

       ***
Мне жаль
Мне прошлого немножко жаль,
Не пойму ни как, чего жалею,
Может юность уплывает в даль
Или от тоски душевной млею.
Мне жаль тех прошлых, деревенских дней,
Тех игр, задорных, радостей крылатых.
И чем взрослею, жалость всё сильней,
Волнует мысли дум моих измятых.
Мне мила каждая невзрачная песчинка,
Упавшая на мой родной порог,
И самобытная житейская картинка,
Как с молоком домашним ем пирог.
Мне жаль сосну, которой не осталось,
А от неё гнилого, даже пня,
Тех колких шишек, что нога боялась,
Как неожиданного, дерзкого огня.
Мне жаль безжалостно обрубленную липу,
Ласкавшую меня своей листвой,
И то, как прятался, наделав лиха кипу,
В её верхушке нежной и густой.
Когда, забыв про все свои тревоги,
И, зная, что меня там не достать,
Смотрел часами на окрестные дороги,
Затем от скуки начинал свистать.
В любое время, летнею порою,
В тени листвы любил я отдыхать,
Уединённый, с непокорной головою,
Наверно, научился там мечтать.
Мне жаль всего, чем я дышал и жил,
Мне жаль тех крыш, соломенных, мохнатых,
Где, под какими, местный старожил,
Не мало встретил войн проклятых.
Мне жаль больную, дорогую мать
И её трудные, не лёгкие дороги,
И те минуты, что учила уважать,
Простых людей и ихние тревоги.
И те покосы, прогнанные мною,
Теперь мне навевают лишь печаль.
Свой труд с косой, над тихою рекою,
Его, ушедшего, мне очень, очень жаль.
Люблю косу, её следов пороги,
Она родная мне и близкая, как мать,
Хоть по колена мокли мои ноги.
Но чем я жил, того уж не отнять.
Мне жаль её холодный, чистый звон,
Её блестящее на солнце полотно,
Её приглушенный, работающий стон,
К которому привык давным-давно.
Мне жаль осеннюю, унылую погоду,
Несущую с дождями дремоту,
Которая колхозному народу
Усугубляет улиц бедноту.
И той волны озёрной, тихий шёпот,
Безвкусно лижущей песок на берегу,
И диких уток взлётный, шумный лопот,
Забыть, который так и не могу.
И тот в зеркальной, серебристой глади,
Моторной лодки, бороздящий след,
Которой ныне не для шутки ради,
С умом тележным едет старый дед.
И речку Ясельду, что пролегла в болотах,
В её разливах голубую плынь.
По ней не бейся в жалостных дремотах,
Воспоминаниями сердце не остынь.
Eё тех грустных, тихих омутов,
Где виден норт задумчивой воды,
Её обвисших, чёрных берегов,
На них волны пещерные следы.
Всего мне жаль, и лишь глаза закрою,
Я вижу аиста, взмывающего в высь,
Я слышу пенье петухов с зарёю,
Которые так рано поднялись,
И ту девчонку, что по женской моде,
Хотела верною остаться только мне,
Мне жаль за то, что я, любивший вроде,
Дурил ей голову, таясь наедине.
Да. Не вернуть, что отобрало время.
Своей тоски не вычерпать печаль.
И лишь ушедшего, волнующего бремя,
Всегда немного будет жаль. 

       ***
Нас тянет в туманные дали,
Пыль надежд, усыпляющих дрожь,
Чтоб вчерашние дни забывали,
Где одно огорченье и ложь.
Вспоминая прошедшие дни –
Мало видно хороших минут,
Так зачем тогда «Завтра» манит,
Как весёлый, заманчивый плут.
Ну так что же, пусть дальше манит,
Этим мы и живём до поры,
И покинув расцвета зенит,
Все покатимся камнем с горы.
А бесценное время идёт,
Не глядя, не взирая на нас,
С этим временем жизнь пропадёт,
Плесневея, как в бочке квас.
И не пробуйте плакать, рыдать,
Вам никто не способен помочь,
Лишь терзая беcшумно кровать,
Вы скончаетесь в лунную ночь.
Ну, а те, что остались в строю,
Когда будут землёй засыпать,
Пожелают Вам счастья в раю,
Чтоб и им кто-то мог пожелать.
Им остались туманные дали,
Пыль надежд, усыпляющих дрожь,
Чтоб под ней никогда не узнали,
Где под правдою кроется ложь.
Но и всё же, под ложью обмана,
Жизнь осталась красивой навек,
Что в ней может любить без обмана,
Каждый в мире живой человек.

       Пёс
Огрубевший, с потрёпанной холкой,
В тихом поле, где рос овёс,
Через межи, похожий на волка,
В даль уходит приблудный пёс.
Как изгнанник и неудачник,
Он оставил прощальный взгляд,
Выдав мне своим сердцем собачьим,
Что сюда не придёт назад.
Может быть за людской обман,
За побои, в обиду злу,
Зная боль от забытых ран,
Бродит он от села к селу.
Это он, вроде он в ту ночь,
Под украдчивой, зыбкой луной,
Отгоняя плохое прочь,
Издавал свой тоскливый вой.
Отчуждённый и чуть прибитый,
Он влюблённый во что-то был,
Потому что свободою сытый,
Слишком больно о чём-то выл.
Как поэт, навсегда в обиду,
Так и он любит что-то тоже
И теряя его из виду,
Думал я, что мы чем-то схожи.

       Приказ
Я ждал тебя – и ты пришёл,
Через ненастья непогоду,
И как цветущий ареол,
Стал мне путёвкой на свободу.
Пришёл мой срок. Свой долг отдал.
Я отрезвел за эти годы
И я себя не обокрал,
Просто хочу движения, свободы.
О Армия! Огромнейшая школа,
Я уважаю, не любя тебя,
В твоих азах уроков произвола,
Познал так много и познал себя.
Суровый топот, жесткий взмах –
Это они всех нравов и привычек,
Идут сюда, рождая страх,
Там за стеной враждебных перемычек.
Это они, обшарпанные новью,
Но бредящие в снах о тихом дне,
Своими жизнями и кровью,
Куют спокойствие стране.
Но вот Приказ! Всему – конец.
Кто стал у выхода, а кто стоит у входа,
И снова тысячи обшарпанных сердец,
Уедут в недра нашего народа.
Я отслужил – и ты пришёл,
Через ненастья непогоду
И как цветущий ареол,
Стал мне путёвкой на Свободу.
Я не могу, я не могу, я не могу
Любить лишь эту Забайкальскую тайгу,
И эти сопки величавые в хребтах,
И эту дымку в безконтрастных облаках,
И эту маленькую реченьку Агу,
Где столько грусти на пустынном берегу,
И не красивые, скупые очертанья,
И её вод нелепое журчанье.
И привычный, деревенский быт,
Здесь неприглядно, обветшало так глядит,
И эти пыльные, со склонами дороги,
Которые сотрут любые тебе ноги.
Всё безотрадно и как будто не красиво:
Зима без снега, да и лето без дождливо,
И иней на берёзках редко видишь,
И глаз природою суровою обидишь.
Здесь ночь холодная, а утро без тумана,
И вы не верьте в ту романтику обмана.
Не забываются места родного детства,
А здешние -  не стоят раболепства.

       ***
О Господи, благослови меня,
Явись знамением утешным,
Вдохни мне силы «Звёздного Огня» -
Прости за то, что был я грешным,
Прости за то, что был любимым,
Что сохранить семьи своей не мог,
Что вынужден я был, простившись с ними,
Ступить на путь предсказанных дорог.
Прости меня, прости детей,
Склони персты свои над ними,
Не пожалей им светлых дней,
Наполни чувствами своими.
Прости за то, что был гонимым,
Что понял «Нечто» – презирал «Ничто»,
Что чьей-то завистью и злом творимым,
Был проклят я неведомо за что?
Прости, хоть ты меня создал,
И в твоём замысле я должен быть порочным,
Что б Мир на месте не стоял,
И не сказался слишком прочным.
Прости, ещё тебя прошу я,
То, что считал не очень нужным,
Со всеми на коленях дружно,
Молиться с песней аллилуйя.
Прости, что был тобой хранимым,
Что верил в честь я слишком много,
Что до сих пор необратимо,
В тебя не верю я, как в Бога.
А верю я в тебя, как в Дух,
Рассыпанный среди созвездий,
Что заколдован жизни круг,
Что в ней есть твой «Закон Возмездий».

       ***
Вечер осенний сумрачной мглою
В поле дороги все обестишил,
Тихо бледнеет луна над Землёю,
Больше не вижу, больше не слышу.
Чудится мне в сумраке странном,
Будто вдали, не-то лунный вестник,
Кто-то летит родной и желанный,
Кто-то несёт мне на крыльях песни.
Только ни вестника, только ни странника
В сумраке звёздном не выплывает,
Только алеет, только туманится,
Только туманится то что сгорает.
Милая нежность, грустный ковыль,
Ты ли та юная, ты ли та быль?
Слово летучее не умолкает.
Всё что туманится, всё не сгорает.

       ***
Вспомним, товарищ, мой друг боевой,
Молодость трудную нашу,
Как шли мы с тобой, вели за собой.
Делили солдатскую кашу.
А ветры, а ветры, а столпами пыль,
На сопках багульник, на сопках ковыль,
На сопках тайга, на сопках снега
И нас обнимает с тобою пурга.
Кружки и чашки закованы в лёд,
А мы говорили: Ну что же – пойдёт.
И молодость была тверда, как скала
И снег согребала рукой со стола.
В солдатских пагонах, на юных плечах,
Мы стойко стояли с тобой по ночам,
Обветрены лица почти до крови,
А мы вспоминали о первой любви.
Не смолкнет, товарищ, мой друг боевой,
Всё то, что прошли, прошагали с тобой
И, что пронесли с тобой до конца,
На веки останется в наших сердцах.
И ветры, и холод, и столпами пыль,
Багульник на сопках, на сопках ковыль,
На сопках тайга, на сопках снега
И как обнимает нас вместе пурга.

       ***
                   Любимой Ирине

Не любил бы тебя, было б легче и проще
Положить на колени нежно руку другой,
Но любовь появившись из берёзовой рощи,
Видит только тебя, видит только с тобой.
Не любил бы тебя, было б всё по-другому:
Ты с другим, я с другой попытались бы жить,
Но так было дано, окунувшись в наш чувственный омут,
Несмотря на невзгоды, продолжая любить.

       ***
                   Любимой Ирине

Ты есть у меня - и тебя у меня нет
Ты есть у меня, пламя огня
Ласкало в глазах твоих свет,
Хотелось обнять, целовать тебя,
Но сердце сказало мне нет.
Ты есть у меня, проникшись мечтою,
Всё думаю вновь о тебе.
Хотелось бы больше быть рядом с тобою,
Мечтать, говорить о судьбе.
Ты есть у меня и в мыслях твоих,
Читая в глазах твоих свет,
Я вижу порой, что нет нас в двоих
И в этот момент тебя нет.
Ты есть у меня, я счастлив безмерно,
За встреч мимолётные крохи,
За ту теплоту, за душевную верность,
За сладострастные вздохи.
Ты есть у меня, задумчивый свет
Глаз твоих в бликах огня,
Иногда говорит, что тебя у меня нет,
В этот миг у тебя нет меня.

       ***
                    Любимой Ирине

Я не молился, не просил у Бога,
Но смерть ушла с моей дороги
И ты, любимая, вселив надежды,
Спасала жизнь в тёмной одежде.
Я не молился – «Будь, что будет»,
Рождаются – уходят люди,
Судьбой даются испытанья,
Твои сбывались предсказанья.
Я не молился, не просил тебя и Бога,
Ты не свернула с выбранной дороги,
Оставив мне всё лучшее, что есть,
Всю красоту, достоинство и честь.

       ***

Ступило лето листьями и солнцем,
Летают ласточки взмывая в облака,
Как будто там, в межоблачном оконце,
К себе их манит нежная рука.
А мне не по себе немножко что-то,
Я начинаю грустно вспоминать,
Далёкий дом усталые заботы
И, наконец, приветливую мать,
Которая вложила в меня всё:
И часть души и с мозолями руки,
А я, как глупый, вспыльчивый осёл
Грубил ей злом мальчишеской науки.
Давно уже всё прощено, забыто,
Но вот она в глазах, как сон опять:
И дом, и улица, и поле в жёлтом жыта,
И то, что лишь осталось вспоминать.
Любимая, так хочется сказать,
Укорливая, слышишь, меня слышишь?
Прости, что стал не так я понимать,
Чем эта жизнь и чем все люди дышат.
Что иногда, так часто, на вспомине,
Когда в душе туманит бирюза,
Всплывают в небосклоне светло-синем
Твои такие близкие глаза.

       ***
Мне не строить судьбу из одежд,
Не завидовать злу в грязном деле,
Я болею за тех, кто с нуля надежд
Пробивает дорогу к цели.
Я болею за тех, кто в дремучую падь,
В изнурённых часах усталости,
Не боится в себе не дойдя умирать
И не ждёт посторонней жалости.

       ***

Не до любви и не до пьяных чувств угара,
В груди тепло – охватывает лёд,
Сейчас я знаю, что с далёкого пожара,
Она ко мне уж больше не придёт.
Так много я напрасно верил,
Так много, не жалея потерял,
Дней не хватило. Чувств не соизмерил,
На то, что так любил и что искал.
Холодный ветер выветрил мечты,
В остывшем сердце тише и свободней.
Мне никогда не отыскать и «Ты?»,
Cпеши любить того, кто благородней.
Всю боль прохлады унесу с собой,
Туда, где в яминах бытует неуладица
И той мечты злато-кошмарный рой,
Ходить со мной уж больше не повадится.
Пусть всё уходит. Лучше безвозвратность.
И чтоб с собою ветер не уносил,
Я никогда не поверну обратно,
Знать никогда не подыму, что бросил.

       ***

Нежные и добрые слова,
Синие загадочные дрёмы,
Вы теперь, как мятая трава,
Как листва опавшая с черёмух.
Всё сильнее слышу я разлуку,
Вы уходите и остаюсь я сам
И никто не подаёт мне руку,
Что б пройти вульгарный черствый хлам.
Чувствую, что с каждым днём грубею,
Что всё уже дивных красок круг,
Что мои летучие идеи,
Далеки от ветреных подруг.
Нежные и добрые слова,
Не хочу я с вами расставаться,
Я бы всё оставил из-за вас,
Лишь бы с вами петь и улыбаться.
Лишь бы с вами жить мне заодно,
Познавая эту жизнь и дали
И тогда не надо мне вино,
Что бы в нём топить свои печали.
Только вы уходите куда-то,
Всё сильнее чувствую разлуку
И теперь холодный блеск булата
Льёт мне свет на пишущую руку.

       ***

Образу своей мечты
Мне не хватает лишь тебя,
С той нежной памяти далёкой,
Когда я жил твой лик любя,
Такой красивый и одинокий.
И вот прошло так много лет,
Всё тот же свет звезды далёкой,
Тебя всё не было - и нет
И я, как в юность - одинокий.
Я вновь гадаю при луне,
Куда уйдут мои дороги.
Не приходи больше ко мне,
Не полным образом из многих.

       ***
Отцвело, отвызвенело лето,
Отшумели золотом поля
И с руками сильными воздето
Всё скорбят о чём-то тополя.
А в душе так хочется узнать бы,
И спросить у тополиных крон,
В честь чего шумят вороньи свадьбы,
Занавесив серый небосклон.
Да они, конечно, не расскажут,
Им, скорбящим, не под силу знать,
Почему окрашенные в сажу
Эти свадьбы начали летать.
Почему для шумного веселья,
На часах ночного небосвода,
Выбирался стол с дурного зелья
И сырая хмурая погода.
Но молчат седые тополя,
Не сказав про свадьбу, про тревогу,
Лишь взирая кронами в поля,
Осыпают листьями дорогу.
Отцвело, отвызвенело лето.
Отоснилось, как вчерашний сон
И теперь блуждающее где-то
Допевает свадьбами ворон.

       Поле
Ты ли поле вольное, широкое,
Усыпив в гречихе то ли просе,
Мне моё напомнило далёкое
Детство в шуме золотых колосьев.
Ты ли в васильках голубоглазых,
В радужных размашистых по летках,
Мне теперь напомнило всех сразу,
Развесёлых, шумных однолетков.
Пряное, раздольное, волнистое,
Голубое небо, облака -
Это ты ли детство моё чистое,
На меня глядишь из далека?
Ты ли в своём бодром упоении,
Манишь на крутые косогоры,
Чтоб раскрыв глаза от удивления,
Замечтал в далёкие просторы.
Поле, росами усыпанное поле,
Жаворонков песня, солнца первый луч-
Это ты всей радостью раздолий,
Мне вернуло детство из-за туч.
Это ты во сне тех благоденствий,
Усыпив в гречихе то ли просе,
Мне моё напомнило маленство,
В нежном шуме золотых колосьев.

       ***

Был зимний обычный вечер,
Небо в узорах звёзд,
В этой случайной встрече
Не было грустных грёз.
Не было их и не будет,
Только я знаю сам,
Что никогда не забудет
Сердце большой обман.
В честность она не играла
И не звала любовь,
Только в душе боялась
Грубых манер и слов.
И в поцелуях пьяных,
Словно в укор былому,
Мы исцеляли раны,
Зная цену другому.
Нет, я не думал пошло,
Только я слышал гул,
Что в недалёком прошлом,
Кто-то её обманул.
Пусть для её я не дорог
И для меня она тоже,
Только неслышный шорох,
Где - то в средине ожил.
И потому в тот вечер,
Без обещаний и слов,
Я обнимал её плечи
И презирал любовь.

***
В душе огонь. Душа в огне.
Меня не тронь, я в жутком сне.
Она пришла, она уйдёт
И может быть, не в этот год,
Но снится мне, хоть умирай,
Планеты нашей круглый край.
Куда зовёт? Куда иду?
Такой я больше не найду.
Она пришла, она ушла,
Я вновь один, как исполин,
Но снится мне, хоть умирай,
Планеты нашей круглый край.
Я так любил, я так искал,
Как я умел, так и ласкал,
Просил её не исчезай
Но всплыл планеты круглый край.
Она ушла - пусть будет так.
Напала грусть, окутал мрак.
Я загадал: «Не умирай»
И снова всплыл планеты край.
Она вернулась - я устал,
Её любил, но не ласкал,
Не верил я в насущный рай,
Но снова всплыл планеты край.
Она летит, она несёт,
Проблем не снять. «Он» не спасёт.
Не унывай, не умирай
И снова всплыл планеты край.

***
Веет грустью, подыхом утраты,
Чем -то близким и любимым мне,
Этой ночью, в дождь замысловатый,
Ты мне снилась в небывалом сне.
В чёрном платье, чуточку прибитая,
Тихая, спокойная, кротка,
Ты сидела, тишиной укрытая,
В тёмном зале, помню, без платка.
Волосы спадали вниз на плечи
И светясь во мраке в свет луны,
Мне шептали про былые встречи,
Да про слёзы мартовской весны.
Мы сидели за одним столом,
С тихой грустью глядя друг на друга,
Будто мы искали всем умом
Выход с заколдованного круга.
А затем билеты брали вместе,
Но у кассы, грубо приказал-
Маршал мне, за не отдачу чести,
Без тебя покинуть этот зал.
Меня вывели на улицу потом,
Я тебя у двери ещё ждал,
Только ты осталась в зале том
И на этом снить я перестал.
За стеной шумел весенний дождь,
То как рожь, а то как листья клёна,
Ночь шептала в вымокшую дрожь.
Мне о том, что нахожусь я дома.
Веет грустью, подыхом утраты,
Чем-то близким и любимым мне,
Этой ночью, в дождь замысловатый,
Ты мне снилась в небывалом сне.

***
Все судят на примерах о любви,
И мне пришлось о ней подумать много:
Она стремление в тоске, в слезах, в крови,
Но по себе не лишена земного.

Есть крепкая взаимосвязь,
Её порывов с обществом и миром,
Что то -  вот это-Да! А это- грязь.
А это я, судьёй своих кумиров.

В переживаниях и счастье, и трагизм,
Она не лишена земного,
Ведь даже предки, верившие в Бога,
Ценили блага, дух и организм.

Всё непременно это ценно,
Но самым ценным, в неизбежность,
Есть то, что в ходе помыслов небрежных,
На месте безразличия, смиренно,
Рождается, весною дышащая нежность.

В которой столько ласки, столько теплоты,
В которой доброта и человечность,
И ради счастья этой красоты,
Берут друг друга за руки навечно.

Но часто не приемлимо и это,
Если с зимой бытует лето,
Помимо всяких неувязок,
Во тьме бывает много света,
И в этом ничего такого,
Если не вяжутся узы тех связок,
Которые пришли из неземного.

Все ищут самокалы, но в любовиях
Их студит жизнь неравенства и ложь
И потому вот в этих всех условиях,
Холодное железо не скуёшь.

Так может было б лучше, если бы в любовь,
Ну, скажем, на взаимные проценты,
Как на основу из основ,
Ввели какие-либо коэффициенты.

***
Всё унесут нешёпотные ночи,
Развеется, замолкнет эхом грусть,
Лишь иногда промолвят твои очи,
Всё было глупо. Улетело – пусть.
И ни к чему будут воспоминанья,
Ты осознаешь то сама,
Что в преусталых ожиданьях,
В душе порошила б зима.
А я в свои часы покоя,
Промолвлю тоже про себя:
«Не знаю, где утратил дорогое,
Не знаю, где любил, не то любя».
В любви всё глупо, потому что слепо,
Она идея, дремлющая сладко,
В которой, в дань живущего завета,
Смиряются пороки недостатков.
Но в этой слепоте завета,
Всё же она не топкое болото,
Всё ж прозревает доля света,
Раз любим мы ради чего-то.
Зачем тогда воспоминанья,
В бездонных далях, в белых стенах,
Чтоб говорили ожиданья,
Искать настало на аренах.
И унесут нешёпотные ночи,
Мою – твою непонятую грусть,
Твои о чём-то грезящие очи.
И слово выцветшее «Пусть».

***

Зима, зима, всё утонуло в белом,
И словно стая налетевших мух,
Кружит метелью, в небе ошалело
Снежинок лёгкий, серебристый пух.
И вот уже неслышимо и странно,
Задиристо, завихристо и гонко,
Гуляет в поле с ветром неустанно,
Летучая попутчица позёмка.
Это зима волшебным, белым стелет,
Её метелям подошла пора!
Так пусть теперь метёт и канителит,
Метёт всю ночь до самого утра.
Пусть за стеною всхлипывает буря,
А ветер пусть насвистывает звень,
Чтоб не пришлось печалясь или хмурясь,
Мне разлюбить голубоглазый день.
Чтоб замело усталые тревоги
И днём погожим, в белоснежном свете,
Перед собой не видел я дороги
В ухабинах невзгод и перепетий.
Зима, зима… Пушистый, белый иней,
Берёз хрустальный, нежный хоровод.
Белым-бело и только синим-синим
Горит глубокий, звонкий небосвод.
И мне теперь, теперь ничто не надо.
Зима пришла. Она ли? Неужели?
Моё спасенье – новизны отрада,
Так пусть бушуют бури и метели.

***
Ирине
Рвётся тонкая, нежная нить,
Тёплых чувств, что ещё уцелели,
Не получится вместе нам жить
И не будем мы в общей постели.

Рвётся тонкая, нежная нить,
Тетивы многих лет отношений:
Из любви, из обид и прощений
И куда, неизвестно, стрела полетит?

Рвётся тонкая, нежная нить,
В молчаливой, душевной печали.
Мы почти что с тобою расстались,
Чтоб уйти и по новой любить.

***
Материки планетной суши, 
Пускай в границах ваших непогода,
Страна в большие западает души,
А с ней судьба и мания народа.
Страна моя! В просторах необъятна,
Могучий торс раскинутой земли,
Тобою жить, тобой дышать приятно мне,
Куда б тебя невзгоды не вели.
Я под твоим бескрайним небосклоном,
То хмурым, то бескрайне голубым,
Ещё не дрался до последнего патрона
И не шагал через огонь и дым.
Не посылал с окопов я конверты,
Не слышал стонов раненых в бараках
И будь-что будь в лицо бросая смерти,
Не подымался за тебя в атаку.
Но ты моя, а я весь твой,
Дым бесконечен в новшестве исканий,
И может не один ещё наступит бой,
Раз мир горит в законах отрицаний.
Страна, я встану если будет бой,
И с миллионами усталых работяг,
Судьбой одной, стеной одной,
Буду вершить твой шаг.
Буду вершить за всё, что ты творила,
За всё к чему ты шла по доброй воле
И что твоя раскинутая сила
Звала меня в простор раздолий.

***
Может поздно, может рано
Появилась из тумана
Появилась из тумана и ушла…
Невозможно, невозможно
Залечить о прошлом раны,
Залечить о прошлом раны,
Чтобы ты нашлась.
Ты исчезла, появилась,
Солнце встало, Солнце скрылось,
Солнце скрылось – может быть взойдёт?
Может быть, ты мне приснилась,
Появилась, растворилась,
Может быть, всё это вновь пройдёт.
Сыплет снег дождём, туманом,
Сыплет снег на наши раны,
Боль души не утихает вновь,
Может быть, снег перестанет,
Всё остынет, всё растает
И останется одна, одна любовь.

***
Мы не знаем, куда отступать- наступать,
Нет у нас ни конца, ни начала,
И семнадцатый сдвинул в перёд или вспять
Колокольную Русь с пьедестала?
Мы не знаем кому мы молиться должны,
Что святым, что считается грешным?
И какие нам песни нужны-не нужны?
Кто у дел, кто является лишним?
Мы не помним, кого мы и как догоняли,
Оседлав бронепоезд прогресса,
И зачем золотые погоны меняли,
Мы ценой социального стресса.
Лишь теперь узнаём, кто был враг, кто герой,
Что виновники - жертвы террора,
Так за что мы неслись с культом личности в бой,
Через борт перепрыгнув Авроры.

***
Немудрено, да и совсем не ново,
Что в этом хлёстком, многолюдном быте,
Я плаваю без трепета и зова,
Сидя в разбитом, маленьком корыте.
И некуда нацелить мне свой взор,
Везде лишь деньги, деньги как зверьё,
Собой рисуя горечный позор,
В лицо бросают жадное «Моё».
Без них нельзя, но этот алчный стимул,
Как марево, как чёрный едкий дым,
Собою всё бесцветием задвинул,
Имир не стал светить мне голубым.
Я знаю то, что вынужден как все:
Запрячся в лямку и влачить без стона,
В материальной страсти и красе,
Существование на поприще закона.
И каждый день в копеечном рассудке,
По мерах цен дешевле и дороже,
Я должен думать о своём желудке
И о престиже крова и одёжи.
Дышать своим, лишь маленьким уютом,
Чтобы за частным, низеньким забором,
В сухих глазах, как горькая отрута,
Лежал конец и далям и просторам.
Я плаваю, в буквальном смысле слова,
Вокруг стихия, марево и жуть,
И в это всё, что никому не ново,
Мне так не хочется тонуть.

***
Так я одинокий,
Как ковыль под стужей,
И тот лес далёкий,
Мне совсем не нужен.
И туман, что в поле,
Белым разостлался,
Лучше б не садился,
Лучше б не спускался.
Так я одинокий,
На душе так пусто,
Потому, быть может,
Стало мне так грустно.

***
Уходят дни и улетают ночи,
Стрелка секунд бежит неумолимо.
Возврата? - нет. И жизнь проходит мимо
Всего того, что мы себе пророчим.

***
Хотелось большего, да сверху ниспадает,
Легла так карта на судьбы дорогу
И незаметно время убегает
И бесполезно жизнь уходит понемногу.

***
Я вернусь, когда тепло и звонко
Засмеётся в синеве весна
И пожаром. яблоня- девчонка
Будет цвесть у нашего окна.
А над ней, в медовом гуле, пчёлы,
В розоватом облаке огня,
Будут петь про золотые долы,
Да про синь несказанного дня.
Я вернусь, когда росяной ранью,
Заискрит трава жемчужным светом
И туман незримой тая ланью,
Уплывёт на встречу с добрым летом.
Я вернусь, когда над полем рунным,
Жаворонки петь будут свирелью
И луга, волнуясь, морем шумным
Будут вторить этому веселью.
Я вернусь, когда ты мать не будешь,
Знать о том, что я иду домой
И на час –другой меня забудешь,
За своей работой бытовой
И, когда скользнувши ненароком,
Упадёт на улицу твой взгляд-
Будет стройный, чуть похож в далёком,
К дому твоему идти солдат
Вспыхнет вкрадчиво усталая догадка,
А затем ты встретить поспешишь,
На подворке, где играл я в прятки,
Под улыбки воробьиных крыш
И ко мне по-старчески прижавшись,
Со слезами дорогого сна,
Ты увидишь, как вся распылавшись,
Наша яблонь дышит у окна.

 

 ***
       Отрывок из поэмы «Краткий обзор»

Но почему-то повелось так в мире,
Средь правды – ложь, среди людей – вампиры,
Не потому - ли алчно загорая,
Надвинулась Вторая мировая?

Как скупщица кровавых тел и душ,
Носительница бедствий и разрухи
Не прав был тот, кто нес наивно чушь,
Надеясь на святые духи.

Надежда – на оружие в руках,
Надежда -  на себя, на силу воли,
И падал, содрогаясь варвар-враг,
Среди других раскинутых раздолий.

В солдатских касках, в черных бескозырках,
В броне, на крыльях, в стали и в огне,
Несокрушимые, простреленные, в дырках,
Вставали, падали, вставали!..
Не по своей, а по чужой вине.

Железным мужеством суровых черт,
Победой рук, умов, бессонницей стратегов,
Ценою миллионов жертв,
Павших в застенках, в оборонах и с разбега,
Ценою тех, кто устоял, но не дал,
Досталась нам Великая Победа…

       ***
Я хочу подарить букет
С прошлой памяти нежных слов,
В честь того, что звало к тебе,
В честь того, что была любовь.

Что река разлилася в ширь,
Разошлись мы двум берегам
И не дал взбаламошенный мир
Прикоснуться к твоим губам.

       Я спою для тебя
Я спою для тебя, хоть немало я видел красивых
И с другими не раз простоял до утра,
Я спою для тебя, про печальные тихие ивы,
И как их полюбил в недалёком «Вчера».

Я спою для тебя про родные поля и берёзы,
И о том, как сады расцветают весной,
И что часто в окне от дождей появляются слёзы,
И что ветер тогда так шумит за стеной.

Я спою для тебя, хоть красиво я петь не умею
И порою в словах я кажусь грубоват,
Всё равно я спою обо всём, что теперь не жалею
И о том, что уже не вернётся назад.

Я спою для тебя, только ты обо мне не подумай,
Что быть может, любя, я не справлюсь с собой,
Не один раз терять, и мою отшумевшую юность
Унесла с собой девушка с золотою косой.

Я спою для тебя, даже если меня ты не любишь,
Даже если грустишь ты совсем о другом,
Даже если моей никогда, никогда ты не будешь,
Я спою для тебя обо всём дорогом.

       ***
Я любил тебя, так любил,
Как ничто никогда на свете,
Как ничто мне был лик твой мил,
Да его не пришлось мне встретить.

На дорогах туман да пыль,
У обочин трава не кошена,
Мне поведал степной ковыль,
Что ты снегом была запорошена.

Что ты где- то, чего не знаю,
Где-то была почти что рядом,
Может алый закат лаская,
Заблудилась ты нежным взглядом?

Может там, средь таёжных сопок,
Где так много глухих просторов,
Ты искала, да взгляд твой кроток
Не увидел меня в ту пору.

Я любил тебя, так любил,
Как никто никогда на свете,
Разлюбить не хватило мне сил
И туман превратил меня в ветер.

И теперь по полям по долам
Я гуляю в раздумьях грёз,
Вспоминаю о днях весёлых,
Да ласкаю листву берёз.

На дорогах туман да пыль,
Да лесов синева теплится,
Стала вновь та далёкая быль
Мне с глазами твоими снится.

       Я любил при луне

Я любил при луне, очень сильно и рано,
Я не чаял души, не жалел своих слов—
Улетала пора, улетала, как призрак в тумане
И не мог я найти дорогую любовь.

Я любил в тишине и в ненастные бури,
Тёмной ночью любил и средь белого дня,
В сотнях глаз проискал теплоту небосклона лазури,
Но такого нигде не нашёл я огня.

Не нашел я любви среди белых туманов
И моя молодая, золотая пора,
Может, только поэтому кончилась рано:
Что кому впереди – для меня всё вчера.

Все следы моих лет затянули метели,
Смыли, плача на окнах, бездомно дожди,
И куда ни взгляну и куда не подамся на деле,
Я не знаю, что будет со мной впереди.

Улетала пора, навсегда улетала,
Мне сулила луна в тихий час не одна,
Что её, как и всем, мне окажется мало,
Что её, как вино можно выпить до дна.

Не нашёл я любви в ту цветущую пору,
Хоть, казалось, она приходила не раз
И теперь, словно в дань, тех исканий укору,
Лишь остались мечты да улыбчивость глаз.

Мне осталось искать, хоть не в тех уже красках,
Хоть и жизнь и сам мир стал намного ясней
И её отыскать, когда стали привычными ласки,
С каждым днём невозможней, с каждым днём всё трудней.

       ***
Уходя уходи, уходи безвозвратно
Даже если в груди застрял вражеский нож,
Уходя уходи, даже если внезапно
Помешает уйти совесть, правда и ложь.

Уходя уходи гордо, прямо и честно,
Не взирай ни на что, всё сметай на пути,
Уходя уходи, даже если куда неизвестно,
Уходящим стезя- уходить.

Снизойди к тому, кто не пытался
Смысл понять и правду поискать
И прости того, кто побоялся
За неё открыто умирать.

Не завидуй тем, кто слишком молод,
Не зови того что больше нет—
Жизнь уходит и рождает снова
В каждом дне неповторимый свет.

       Сикстинская мадонна
Мир нов и стар, как вечность,
И человечество среди своих идей
Стремится след запечатлеть навечно
В прообразах Богов и в памяти людей.

И вот она стоит на облаках,
Как мирового духа созидание,
В сияньи ангелов, с ребёнком на руках,
В глазах спокойствие и чувство состраданья,

Как будто Боги воплотились в ней
И снизошла она на землю к людям здешним
И молвила она по простоте своей:
Любовь к всем праведным - прощенье грешным.

Я уходил опять в тот мир бездонный,
Где суета и лучезарный свет
И дрожь по телу шла: Сикстинская мадонна
Благословенно мне смотрела в след.

И память хоронила снова
Прообразы святых и мира чудеса,
И зло, сплетённое в венок терновый,
И кровь распятого Христа.

       ***
Не думай, не мечтай и не гадай,
Ведь всё равно не видеть той удачи,
Я не из тех, кто тянет руки в рай
И на коленях молит или плачет.

Я не из тех, хоть не из тех и ты,
И ты, наверно, понимаешь всё же,
Что мне не надо пышной красоты,
Которая душевной не дороже.

Хоть ты и строгая и даже чуть красивая,
И можешь взглядом в сердце колонуть-
Не видишь ты, что связь эта игривая,
Уносит то, чего нельзя вернуть.

И мы молчим, теряя без возврата,
Мы ждём, что кто-то первым подойдёт,
А дни бегут, бегут, бегут куда-то
И долгожданный день тот не придёт.

Он не придёт и не приду с ним я,
И пусть несбытность проклинают совы,
За то, что нежность тихо затая,
На мне висят железные оковы.

Которые когда-нибудь я сброшу
И, улыбнувшись синеглазым долам,
Я буду грезить только о хорошем
И говорить лишь только о весёлом.

В том полусонном сладостном бреду,
Я вижу всадник через степи скачет—
Напрасно ждёшь- я больше не приду,
Я не из тех, кто молится и плачет.

Мне не строить судьбу из одежд,
Не завидовать злу в грязном деле,
Я болею за тех, кто с нуля надежд
Пробивает дорогу к цели.

Я болею за тех, кто в дремучую падь,
В изнурённых часах усталости,
Не боится, cебя не найдя, умирать
И не ждёт посторонней жалости.

       Матери
Расцветает лето листьями и солнцем,
Летают ласточки взмывая в облака,
Как будто там в межоблачном оконце
К себе их манит нежная рука.

А мне не по себе немножко что-то,
Я начинаю грустно вспоминать,
Далёкий дом усталые заботы
И, наконец, приветливую мать,

Которая вложила в меня всё:
И часть души и с мозолями руки,
А я, как глупый, вспыльчивый осёл
Грубил ей злом мальчишеской науки.

Давно уже всё прощено, забыто,
Но вот она в глазах, как сон опять:
И дом, и улица, и поле в жёлтом жыта,
И то, что лишь осталось вспоминать.

Любимая, так хочется сказать,
Укорливая, слышишь, меня слышишь?
Прости, что стал не так я понимать,
Чем эта жизнь и чем все люди дышат.

Что иногда, так часто, на вспомине,
Кагда в душе туманит бирюза,
Всплывают в небосклоне светло- синем
Твои такие близкие глаза.

       ***
       Любимой Ирине

Я тебя никогда не предам,
Я тебя никому не отдам,
Чтобы было нам чем наслаждаться,
Чтобы нам не хотелось расстаться.

Не хочу я разгадывать вновь,
Что такое судьба, что такое любовь.
Мне прости за несдержанный нрав,
Где я был и где не был неправ.

За мечты о тактильной интимности,
За мои небольшие грехи,
Что любя без ответной взаимности,
Я писал тебе <Милой> стихи.

       ***
       Любимой Ирине

Любить – это большое счастье,
Любимым быть – большая благодать,
Но без взаимности – она несчастье
И большее несчастье от неё страдать.

Смысл жизни в том, ради чего живёшь,
Любовь всегда ценнее пищи,
И встретишь ты, не там, где ждёшь
И обретёшь не то, что ищешь.

       ***
Как жаль, что с генетических обломков,
По правилу: «За сменой-смена»,
Земля рождает негодяев и подонков,
Прикрытых лживой маской джентельмена.

       ***
Где ты, ветер благих перемен,
Плачет плачем приглушенным скрипка.
Где твоя дорогая улыбка
И дымок сигареты и франтовый бармен?

Сколько раз я, подкошенный, падал?
Сколько раз подымался с колен?
Сколько раз говорил я, не надо,
Ничего за от тебя мне взамен.

Где ты ветер благих перемен?
Может хватит играться нам в прятки.
Запылали пожары кровавых арен
И осталось немного до решающей схватки.

       Венера Милосская
Как живая ты в камне белом,
Кротко голову наклоня,
Словно хочешь сказать несмело:
Обними, поцелуй меня.

Твой невинный, красивый стан,
Твои голые, нежные плечи,
Словно кто-то одел в туман,
В непогасный розовый вечер.

Изваянием ты стоишь,
На лице и печаль и ласка,
Так скажи мне о чём ты снишь
В камне белом живая сказка?

Расскажи, поделись со мной,
Может, я заберу твои муки,
Навсегда унесу с собой
Голубую печаль разлуки.

А тебе, в честь своих измен,
В честь того, что так тянет в свет,
Подарю от души взамен
Из цветов полевых букет.

Как живая ты в камне белом,
Пусть глаза от стыда закрыла,
Все ровно твоё нежное тело
Теплит ум, красота и сила.

Прочитано 1282 раз Последнее изменение Пятница, 02 Март 2018

Сейчас 750 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

© 2018 Государственное учреждение культуры "Брестская центральная городская библиотека им. А.С. Пушкина". Все права защищены.