Blowjob
Отпустить – самое трудное и самое великое, что мы можем сделать для своих детей.

Блейк Крауч «Сосны. Заплутавшие»


ek  вк  brest-kult  

VideoHosting 

Тимофеев Эдуард

         Эдуард Тимофеев г.Брест. Родился 7 марта 1961 года в г. Дебрецен (Венгрия) в семье военнослужащего. В 1978 году закончил СШ № 21 г.Бреста. Служил в рядах Советской Армии. Сейчас работает пекарем. Дебютировал в альманахе «Гоман». Печатался в новом альманахе “Талент”, в прилагаемых к альманаху ежегодниках «Паэзія 2010» и «Паэзія 2011», в первом и втором томе юбилейного сборника ”Гаманлівае дрэва любові”. Член поэтического клуба “Источник”.

 

Путешествие во чреве кита
                                 Книга пророка
                                 Ионы, глава 2.

Мои стихи остались на песке.
Волной морскою их смывает море.
Я расскажу сегодня о ките:
Он проглотил меня, и плыл со мною.

Сначала не было мне чем писать.
Затем исчезла мысль, за ней другая
Но мне хотелось всё Вам рассказать,
И я пошел к соседу, полагая,

Что мне откроют. Двери на замке…
И карандаш поломан снова, снова.
Как оказался он в моей руке,
Уже не помню. И опять поломан.

И снова вечер, и опять «ни зги».
И повторяются слова обратно.
И никуда не скрыться от тоски,
И мы плывём во тьме тысячекратной.

Но так хотелось все Вам рассказать.
И третья ночь приблизилась к исходу.
И Утро скоро будет воскресать!
И, взявшись за руки, придем мы к Богу!

Мои стихи остались на песке…


Божественное предостережение

Валааму.

                            (Числа 22, 22- 35)

От самого начала
До нынешнего дня
С тобой я кочевала,
Носила я тебя.

Безмолвная ослица
С навьюченным седлом.
Тебе не надо злиться
И бить меня кнутом.

Взгляни, перед тобою
Архангела рука.
И Он своей рукою
Тебя щадит пока.

И Он своей рукою
Нам  преграждает путь.
Господь всегда с тобою,
Об этом не забудь.

Промолвить Его слово
Могу и я сейчас.
И вот идём мы снова,
И Ангел видит нас.

***

                          (Жития Святых)

Три дочери у матери было,
Три ангела белокрылых.
Видишь, как она их любила,
Дочерей своих милых.

Видишь, в пыли дорога,
Римские идут полки.
Видишь, их много, их много,
Казнят христиан они.

И уходят живые души
К Господу, на небеса.
Прохожий, остановись! Послушай
Душ живых голоса.

Поутру мать вставала,
Дочерей поднимала своих.
Как всю жизнь она их поднимала,
Одевала Господу их.

Говорила, сегодня случай
Предоставили вам Небеса.
Смерти нет! Её нет, и лучше
От любви умереть за Христа!

Необъятные открывала двери,
Римским воинам кричала вслед:
–  Мы остались ещё, мы верим
В Иисуса Христа, смерти нет!

Легионы канули в бездну,
Превратилася в пыль ала.
Необъятные двери отверзу,
Где Любовь меня ждала Твоя!

Сарептская вдова. 

                                (3 Царств, 17, 8-16)

Из Сарепты Сидонской
Называлась вдова.
И пророку под солнцем
Пить воды подала.

Хлеб она замесила
Из последней муки.
Не кормила им сына,
В руки дала Твои!

Не кончается масло,
Всё в кувшине стоит.
И свеча не погасла,
Хлеб на полках лежит.

И молитву я слышу
Из за шума дождя:
Жив Господь твой! И свыше
Он глядит на тебя.

Ещё час оставался,
До конца я стоял.
Крест со мной целовался,
Илия провожал.

Чудо святого великомученика Георгия.

                                                  (Жития Святых)

Для церкви каменной в Рамель
Доставлены столпы.
Церковную откроешь дверь,
И прочитаешь ты:
«Сей столп вдовы поставить в ряд
По правой стороне
Вторым»,–  не отрывая взгляд,
Читаешь на стене.
Не отрывая своих глаз,
Откроешь этот день.
Вот он, перед тобой сейчас,
Отталкивает тень.
И утомлённая вдова
Лежит на берегу.
Ко сну склонилась голова,
Но видит наяву:
Георгий на коне сидит,
Как Воевода Сил.
Поднял её, в глаза глядит,
«Случилось что?»  – спросил.
Случилось что, скажи вдова,
Зачем твоя печаль?
Какие чистые слова!
Скорее отвечай.
–  Вот, я купила этот столп,
Лежит на берегу.
Но переправить его чтоб,
Я в церковь не могу.
Корабль мой уже ушёл.
На нём других столпы
Лежат. Как Ты меня нашёл?
Как мне поможешь Ты?
–  Где хочешь, чтобы он стоял?
– По правой стороне.
И вот Георгий начертал
Перстом на том столпе:
«Сей столп вторым поставить в ряд», –
Читаю на стене.
Твои слова, они звучат:
«Ты сам поможешь мне!»
Он каменный, не сдвинуть нам,
Но прикоснись к столпу.
Как же плывёт он по волнам,
Иль Ты сказал ему,
Георгий?! В пристань корабли
Заходят ночевать.
И на закат пойдут они,
Как рассветёт, опять.

А я стою на берегу,
И мой корабль плывёт.
Спасибо Чуду Твоему!
Кто ищет, тот найдёт.

Стихи навеянные историей рассказанной архимандритом Нектарием (Антанопулосом),
настоятелем Преображенского монастыря в Сагмате.

Дела твои, Боже, превыше ума.
Такое понять невозможно.
Была операция проведена,
Была операция сложной.

Был мальчик… И была другая страна.
Хирурги решали задачу
С тремя неизвестными. Жизнь спасена,
И смерть понесла неудачу.

В халате времён довоенной поры
Стоял человек. По латыни
Звучали слова, и часы вперёд шли,
И Жизнь возвращалася с ними.

Двенадцать… Откуда Ты?
Здесь Тебя нет, на этой земле рядом с нами.
Он спрятан от глаз моих цифр ответ,
Настенными спрятан часами.

Другая страна. Но по русски рука
В журнале слова оставляла.
Написано: «Архиепископ Лука».
Лишь Божья правда всё знала.

Покров

Снимала Дева омофор,
И в храме людям подавала.
С тех пор в небесном храме том
Кончина будней чудом стала.

Лишь только солнца красный луч
За горизонтом оставался,
И вечер начинался чуть,
И омофор приподнимался.

И Девы на иконе Лик
Был виден в чистом полумраке.
И это длилось только миг,
Молились люди в Божьем страхе.

О, Господи, сей вечер дай
Мне без греха прожить, помилуй!
И этот миг не забирай.
Своей Божественною силой.

- Ты видишь!?- говорит Андрей, -
Владычица ступает в храме.
Нас укрывает, только верь!
И молится в сей вечер с нами.

Память святых трёх жён,
Обретённых в пустынной горе
                        (Жития Святых)

От твоего пишу лица.
Не спрятаться, не скрыться.
Во Имя Господа Творца
Пусть просияют лица.

Был монастырь. У снежных гор
Стояли его стены.
Небес загадочный узор
Творил в нём перемены.

И расцветал фруктовый сад.
И в монастырском Храме
Светился Божий Свет лампад,
Как День в оконной раме.

Фруктовый сад! Твой монастырский двор
Ещё хранит забытое предание.
Я, Павел. Я – епископ этих гор,
Старинное поведаю сказание.

Монемвасия! Малый уголок…
Забытый остров, что у моря длани.
Мирянин я был послан на Восток
Для собирания там царской дани.

Остановились мы в монастыре,
И я увидел птичьи там стаи.
И странными казались птицы мне:
Они плоды с деревьев обрывали

И с ветвями за горы их несли.
Потом обратно возвращались к саду.
И я тогда игумена спросил:
– Чьи это птицы? И кому так надо?

И отвечал преклонный игумен:
– Одиннадцатый год, как всё случилось.
И прилетают птицы без измен,
Плоды срывают, и несут, как милость.

Ещё есть ворон, чёрный, как смола.
Как сажа из печи, когда, бывает,
В ней не горят просохшие дрова,
И, вот, печник ходы в ней прочищает.

Он, ворон, прилетает каждый день,
Отламывает ветку, и отсюда
Сопровождает его птичья трель,
Аккомпанируя такое чудо.

Решили мы за вещуном пойти,
И посмотреть то место, где, не скрою,
Не знал тогда, кого хотел найти
За снежной незнакомою горою.

Там, где прохлада свой приют нашла,
И где зимой не замерзают реки,
Там чёрный ворон упадёт с крыла,
И три жены его в ущелье встретят.

Они пришли сюда издалека.
И я узнал, одна из них сказала,
Что здесь встречаются с собой века,
И Бог хранит их встречу от начала.

Что ворон прилетает каждый раз
С другого, позабытого ей света.
И может рассказать она сейчас
Лишь часть из правды, рассказать об этом.

Она была красива, молода,
Когда супруга верного не стало.
И тот, кого она не позвала,
Не сразу понял, что она сбежала.

Взяв двух служанок, кротких двух сестёр.
(Они сейчас и вправду ей родные).
Пришли они порой ночною в порт,
Чтобы покинуть берега земные.

Корабль шёл в иные берега.
И вот, однажды, это было ночью,
Её коснулась Божия рука.
И подсказала, где сойти ей точно.

С тех пор, мой друг, одиннадцать уж лет
В ущелье прилетает птичья стая.
И освящает Несказанный Свет
Фруктовые плоды земного рая.

И укрывает Божья Благодать
Тела нагие, согревает души.
И дальше будет души согревать.
И об одной душе ещё послушай.

Бог не оставит. У скалистых гор,
Где только птицы прилетают с неба;
И чёрный ворон где приносит корм, 
Воды Живой приносит где и хлеба;

Рассказываю, что душа жива!
Рассказываю, не умерла с веками.
Раскаиваюсь в своих грехах,
Христовых причащаюсь с Вами Таин.

И птицы им плоды сюда несли,
За монастырской взятые оградой.
Спросил игумен, что б им дать могли?
– Единственно, – ответила, – что надо:

Пусть позовут священника, и он
Отслужит Литургию вместе с нами.
Под пение птиц, под колокольный звон
Христовых причастимся вместе Таин.

И Литургия Божия полилась.
Свидетелем Её был чёрный ворон.
Ещё одна свеча во тьме зажглась,
И птицы пели Херувимским хором.

– Ещё прошу: останься на три дня.
Потом узнаешь, что прошу о малом:
Она сейчас идёт возле меня
С кровавым, леденящим плоть бокалом.

Я знаю час, когда она приходит.
Незримо ждёт последнего глотка.
И приговор прочитан, судья строгий
Кончает всё ударом молотка.

И всё… Прошу, но только не забудь!
Ещё вчера моя душа летала.
Сегодня положи ко мне на грудь
Земли с камнями вместо покрывала.

Так Бог хотел! Пусть верная рука
Без слёз перекрестит мою могилу.
И птицы не поют, уйду пока.
А ты прославь Божественную силу!

В три дня похоронили трёх сестёр.
Надгробные пропели песнопения.
И возвратились в монастырский двор.
Хвала и честь Христу! И – поклонение…

На сретение Господне

Как луч проходит сквозь стекло
И освящает его светом,
Так что, не тронуто оно,
Но девственно оно при этом.

Как Плод от Дерева рожден,
Собой не оскверняет Древа,
Но путника питает Он
Вином Своим питает с Хлебом.

Пречистая! Рожден Тобой!
И ныне предстоит пред Богом,
Иисус Христос, Спаситель мой!
И рядом Ты в убрании строгом.

 

Прочитано 1936 раз Последнее изменение Понедельник, 13 Февраль 2017