Как театральный режиссёр, я хотел бы поговорить про пьесу. Сейчас редко читают пьесы, если только это не профессионалы, связанные с театром.

Пьеса "Пластилин" Василия Сигарева произвела в своё время на меня огромное впечатление.

Читать было жутковато, потому как написанное было уж очень реальным... Тогда для меня было открытие, что театр может быть таким: живым, неудобным, смелым, ранящим. Думаешь, а зачем я это прочитал? А зачем об этом писать? Забыть? Промолчать? Страшно. Больно. Хочу забыть. Не могу. Думаю. Горький вспоминается, с его "социальным дном", но это уже как-то театр... А это что? Что ворвалось в мою жизнь – мозг???

А потом я посмотрел спектакль Кирилла Серебренникова по этой пьесе... И понеслось...

Рекомендую прочитать. Это пьеса этапная для русскоязычного театра и драматургии...

Васіль Хомчанка. “Пры апазнанні – затрымаць” Я збіраў звесткі пра пісьменнікаў 20-30-х гадоў і выпадкова наткнуўся на творчасць Васіля Хомчанкі, які, як і моў дваюрадны дзед Сяргей Новік-Пяюн, пачынаў з вершаў, потым быў рэпрэсіраваны. Хомчанку больш пашанцавала, у красавіку 1941 года яго адпусцілі.

Кніга прысвечана Францішку Бэнэдыктаву Багушэвічу (21 сакавіка 1840 – 28 красавіка 1900) – беларускаму паэту, аднаму з інсургентаў падчас паўстання 1863-1864 гадоў.

Кніга з незамыславатым сюжэтам, пра судовага следчага Францішка Багушэвіча, які займаецца раскрыццём злачынстваў у невялікім горадзе і найбліжэйшых вёсках. Аднойчы, расследуючы прычыны злачынства, ён сустракаецца з рэвалюцыянерам, які вырабляе бомбы. Ідучы па слядах злачынца, Францішак даведваецца, што злодзей ёсць ніхто іншы, як яго даўні знаёмы, выратаваўшы жыццё Багушэвіча шмат гадоў назад, у час паўстання 1863-1864 гадоў.

Гэта кніга ў першую чаргу падштурхнула мяне прачытаць біяграфію Багушэвіча, пачытаць яго “Дудку беларускую”, якую дарэчы ён пісаў лацініцай. Шкада, што Беларусь не пайшла шляхам лацінскай арфаграфіі. Мова пісьменніка ўвабрала ў сябе важныя стыхіі ўсяго нацыянальнага, пачынаючы ад гукавога афармлення лексічных адзінак і канчаючы структурай фразы.

А яшчэ, было цікава задумацца пра часы, калі нашы продкі не баяліся змагацца за сваю годнасць і незалежнасць. У Заходняй Беларусі імя паэта было сцягам барацьбы за сацыяльнае і нацыянальнае вызваленне. Наогул, паэт-дэмакрат Францішак Багушэвіч  адна з самых яркіх і каларытных фігур у беларускай культуры і літаратуры.

У добры шлях – чытачы…

Вовка Плюмбум. «Капитан. Корабль. Море»Сначала мне показалось, что это история моря-призрака в абсолютно беспортовом городе. Очень напомнила летящие тополиные сказки Владислава Крапивина, был парафраз к образам капитанов и летчиков из Гришковца и даже немного к фильму «Призрак» с Бондарчуком. Но это все аллюзии далекие, образные, потому что сама история абсолютно уникальна.

Пересказывать не буду и смысла в этом нет, скажу лишь, что в финале разворачивается несколько сюжетных линий и, главное, оказывается, что это история о любви. К детям, друзьям и морю, как символу жизни (о чём несколько раз автор говорит напрямую). История трогательная и лаконичная, похожая на притчу. Не банальную, коэльевскую, а собственную, из личной системы координат Вовки Плюмбума.

Долго у меня в голове приживалось (да так и не прижилось) прозвище Сноб у одного из героев. Щенок он. Взрослеющий, пробующий хватку, порой растерянный. Молоденький сеттер на первой охоте, как сказал бы господин Чхартишвили.

У поколения помоложе, которое Крапивина в текст не знает, эта история, возможно, вызовет сравнение с мальчиком, который выжил. Здесь тоже присутствует вполне реальный мир, правда, едва обозначенный штрихами (додумывай сам), но в котором очевидно есть магия. Правда поттериана предлагает нам полностью изобретенный прекрасный магический мир, здесь же мистика существует в сюжете на уровне … каком-то бытовом. Как обыкновенное чудо: вот мама подула на царапину и всё, не болит.

А ещё эта история наполнена тенями автора. Даже у случайных прохожих его торопливая походка замерзшего фламинго. Я насчитала восемь призраков-отражений Вовки Плюмбума в героях этой книги, причём многие действительно читаются с ходу, какие-то просто узнаешь по выражению глаз.

Многие характеры прорисованы буквально двумя штрихами, и это абсолютно уникальный почерк автора. Он не собирается строить для нас целый мир, это не толстый роман на 800 страниц. Вовка просто торопится рассказать историю.

Кстати, в какой-то момент выловила вполне осязаемую литературную отсылку к Лукьяненко (когда Капитан объяснял Снобу, что мальчик – источник песка/зла; также в первом дозоре была девушка – источник инферно/зла, и все дружно думали, в чём причина и как его одолеть).

Несмотря на все эти личные доколупывания до текста, я точно знаю, что буду перечитывать эту историю каждый раз, когда, захлёбываясь в собственных токсичных переживаниях и (само)обвинениях, перестану отвечать на телефонные звонки. Когда забуду, что такое любовь. И детям своим буду её читать. Много раз. Потому что в ней люди настоящие. И боль настоящая. А история все равно светлая, потому что в ней всё держится на многолетней дружбе, любви к близким и морю. На любви к жизни.

Без капли банальности – книга о том, что любовь не проходит. Никогда. Как бы странно она ни выглядела. Сюжет почти античный, но мне надоело искать истоки, я просто ещё раз хочу погрузиться в эту историю.

Не исключаю, что читатели могут потребовать от автора продолжения и развернутого мира (очень уж сейчас велика мода на всевозможные саги), но я с опаской отношусь к таким благопожеланиям. История вышла цельной, веской, и если будет что добавить столь же искренне – то да.

Если же совсем начистоту… Да, главной для меня стала история мальчика и его родителей. И вот этот символ моря как проявление всего живого. Как человек, без памяти влюбленный в холодные моря, Японское и Белое, я точно так же, как и автор, вижу в солёной воде какую-то истинную форму жизни. Я так же это чувствую. Хорошо, что есть друг Вовка, который нашёл для всех этих смутных чувств правильные слова.

Елена Катишонок. «Когда уходит человек»Главный герой этой книги – дом. Живой! Он шутит и плачет, боится и, наоборот, встречает врага, гордо глядя ему в глаза. Он выживает, стареет, скучает.

И это не магический реализм, не фэнтези, не сказка. Это обычная жизненная история. Неторопливая, немного грустная. И очень красиво написанная. У Елены Катишонок отличное чувство стиля. Роман похож на фотоальбом в словах. Перевернул страницу со старыми, хрупкими фотографиями – и вот уже несколько лет прошло, перед тобой совершенно другие снимки, которые рассказывают совершенно другую историю. Логика повествования при этом не ломается. В аннотации это названо «импрессионистской манерой письма». И правда: автор легко и изящно склеивает годы, истории, сюжеты в одну большую картину, которая дает представление о том, как жили тогда. При большевиках, при фашистах, при той и другой власти, которая была одинаково против своего народа. Когда человек не принадлежал сам себе, когда ломались судьбы – и один старый дом был свидетелем тому, что каждый надеялся именно в нем обрести счастье.

В книге не называется место действия. Это какой-то город в какой-то республике. Угадывается, что это одна из балтийских стран, но не все ли равно – такое происходило сплошь и рядом: и в этом доме, и в соседнем.

Эту книгу стоит читать не ради интригующего финала – его нет. Есть только неторопливое, спокойное, размеренное течение истории. Без призывов к мести, без надрыва. Только перевернув последнюю страницу, почему-то хочется плакать и кричать: почему все было так, за что?..

Эдуард Кочергин. «Ангелова кукла»Хотелось бы предложить читателю книгу "Ангелова кукла" Эдуарда Кочергина.

Я – театральный режиссёр, и мне хотелось бы порекомендовать что-то связанное с театром, но в тоже время интересное самому широкому кругу читателей.

Книга напрямую с театральным творчеством не связана, но её автор не просто писатель. Эдуард Кочергин с 1972 главный художник Большого драматического театра им. Товстоногова в Санкт-Петербурге. Кочергин – определяющий театральный художник для всего русского театра второй половины 20 века. Работал с такими режиссёрами как Додин, Товстоногов и другими.

В книге Кочергин описывает жизнь послевоенного Ленинграда. Это вторая сторона победы, с её болью, неустроенностью судеб, хрупкостью возрождающейся жизни... Сироты, калеки, брошенные люди – его герои. 

Читать "Ангелову куклу" жёстко, не просто, но забросить, остановиться невозможно. Написано настолько сильно, искренне, будто читаешь чьё-то личное письмо. Уважаешь... и через душевный скрежет осознаёшь в конце, что чувства светлые, чистые остаются.

Хорошая книга. Рекомендую всем. И любителям театра особенно.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Ирина (Валентина) Александровна Мельникова (1953 г. р.), окончила факультеты иностранных языков и психологии.

С большой радостью открыл для себя эту писательницу и, можно сказать, запоем прочитал три книги серии «Фамильный оберег»:

  • Закат цвета фламинго;
  • Отражение звезды;
  • Камень любви.

Не думал, что женщины могут так писать не только о любви, но и об исторических событиях, с детализацией фактов и персонажей петровских времён, хотя по жанру это детективные романы.

О чём эти книги? Конечно же, о любви… О любви кыргызской княжны Айдыны и князя Мирона Бекишева, а также его праправнучки Татьяны и археолога Анатолия.

Очень хорошо в романах описаны обычаи и традиции кыргызов, их вера в духов и души умерших, которые могут, как помогать, так и мстить.

Жаль, что мы, веря в Бога единого, не хотим поверить в души ушедших наших близких, а если и просим их о помощи, то скорее интуитивно, но не по вере…

Какие чувства пробудил этот роман? Для меня это небольшая зависть, что есть ещё любовь на белом свете. Не просто любовь, а чувства, оставившие память после себя на столетия и вновь родившиеся в наших современниках.

Люблю, когда романы заканчиваются хорошо, на душе становится тепло и спокойно. После прочтения книг Ирины Мельниковой несколько дней ходил под впечатлением, не хотелось ничего читать и смотреть по телевизору.

Всем приятного прочтения.

 

В этот весенний день хочу поздравить всех женщин с праздником 8 Марта, пожелать душевного тепла, здоровья, радости и, конечно же, надёжного и любимого мужчину рядом.

Прочитав две последние книги, я придумала слово «недо-фикшн». Дарю! Речь пойдет о романах, в общем-то, построенных на реальных событиях, но представляющие собой удивительную смесь настоящей «живаги» и грамотной литературной канвы романа-по-всем-законам-жанра.

Прежде всего, это свежая книжечка «Записки Хендрика Груна из амстердамской богадельни», написанная, вы не поверите, Хендриком Груном. Кстати, вполне возможно, что именно по дням недели, как настоящий дневник, они когда-то и велись.

Споры и интриги вокруг автора, дебютировавшего в шестьдесят с лишним лет (!) в своё время были довольно активными, на русский язык книга переведена совсем недавно и это то, что достойно вашего внимания.

Мой друг намедни решил завязать с рок-н-роллом, вести приличный домашний образ жизни и даже завёл телевизор. Как результат в его обиходе появилось довольно ироничное словосочетание «пенсионный суицид». Так вот, дневники Хендрика Груна это нечто совершенно противоположное – как, живя в приюте для стариков, где каждую неделю кто-то умирает, а из развлечений только гимнастика для тугоподвижных, не сойти с ума от безысходности. Старики видят, как их тела сдают и разум становится не таким цепким, они ежеминутно осознают свою немощь. У Хендрика нет родственников, но дети и внуки, навещающие его приятелей в специальные дни, тоже наводят на мысль, что пожилые люди – это обуза. На этом фоне старички-разбойнички, противясь строгой власти администрации своей «богадельни», создают клуб «Старые, но не мертвые». Развлекаются как могут, договариваются об экскурсиях по окрестностям, потешно сообща осваивают скутеры (прерываясь на визиты к врачу и чтение газеты) и вообще живут довольно насыщенной жизнью по сравнению с общепринятым (увы!) маршрутом «работа-диван-холодильник-сериал».

Ребята, старики из амстердамской богадельни намного живее нас, 30-летних. Не потому, что им прямо караул как хорошо живётся. Они болеют, зависят от системы и погоды за окном. Но они надеются, что если весна будет ранней, то в этом году они ещё успеют увидеть, как всходят крокусы. Увидеть жизнь. Потому что «пенсионный суицид»  это в голове.

Четверг, 14 Февраль 2019

Роберт Харрис. «Конклав»


Роберт Харрис. «Конклав»Какая странная книга!

С одной стороны, сборник банальностей и стереотипов о католической церкви из новостей. Но это не документальная книга, так что взятки гладки. С другой – ужасно интересно! С учётом того, что я ещё в самом начале, когда автор только знакомил с героями, догадалась, кто станет папой.

Да, сюжет книги незатейлив: речь идёт о том, как конклав выбирает папу. Никакого экшена. Кардиналы приезжают, едят, голосуют в Сикстинской капелле, опять едят, обсуждают, кто мог бы стать папой, опять голосуют, едят, спят – скукота. Но, повторюсь, это так интересно! От книги невозможно оторваться до тех пор, пока не вывалятся все скелеты из кардинальских шкафов, и пока не назовут имя нового папы.

Насчёт предсказуемости финала сделаю оговорку. Вообще-то интрига сохраняется до конца, и автор даёт много поводов усомниться, что убийца – дворецкий. Но концовка всё-таки неожиданная! Я угадала, кто станет папой, но, чтобы ТАК…

Если вы слабо представляете себе, как происходит конклав, почему кардиналы собираются именно в Сикстинской капелле, правда ли, что они оттуда не выходят, почему об избрании папы извещает именно белый дым – читайте!

Это хорошая книжка для расслабления ума или для чтения в дороге.

 

Надежда Тэффи. ВоспоминанияТэффи, Надежда Александровна (наст. фамилия – Лохвицкая, по мужу – Бачинская) (1872–1952) – Воспоминания.

Случайно наткнулся на воспоминания и рассказы очень популярной и известной в дореволюционной России писательницы – Тэффи. Жаль, что Тэффи была предана «анафеме» советской властью и не было возможности прочитать её произведения раньше. Оказывается, она была так популярна, что даже существовали духи и конфеты «Тэффи».

А художественные очерки – литературные портреты известных людей, с которыми ей довелось встречаться, считаю одними их лучших, что мне довелось прочитать в последнее время. Среди них: Григорий Распутин, Владимир Ленин, Александр Керенский, Александра Коллонтай, Фёдор Сологуб, Константин Бальмонт, Илья Репин, Аркадий Аверченко, Зинаида Гиппиус, Дмитрий Мережковский, Леонид Андреев, Алексей Ремизов, Александр Куприн, Иван Бунин, Игорь Северянин, Мишши Сеспель, Всеволод Мейерхольд.

В книге очень ярко описаны образы, дух того времени, а также надежды и чаяния людей, попавших в мясорубку большевицкого переворота. Времени, когда паранойя Ленина и его окружения смогла за небольшое время ввергнуть страну в хаос, нищету и страх. Времени, когда рушились человеческие судьбы, а слово «смерть» ходило по пятам каждого человека, включая самих новоявленных гегемонов.

«Конечно, не смерти я боялась. Я боялась разъярённых харь с направленным прямо мне в лицо фонарём, тупой идиотской злобы. Холода, голода, тьмы, стука прикладов о паркет, криков, плача, выстрелов и чужой смерти. Я так устала от всего этого. Я больше этого не хотела. Я больше не могла»  писала Тэффи.

Жаль, что Беларусь и в настоящее время страна, где на площадях стоят памятники Ленину, олицетворяющие собой паранойю, смерть и бесправие, а улицы названы в честь террористов и палачей.

Уверен, книга не оставит вас равнодушными.  Уже после первых строк прочтения трудно оторваться, появляется ощущение, что ты находишься рядом и живёшь эмоциями героев книги.

Хантер Дэвис. «Авторизованная биография «Битлз»Проверенный способ заболеть битломанией. Сколько написано о битлах, сколько додумано и переписано авторами и журналистами друг у друга – это ни в эфире сказать, ни гонораром оплатить. Но есть только одна книга, которая должна вызывать доверие – без фанфиков, вмешательства небесных сфер и теорий всемирного заговора. Я говорю о единственной авторизованной (то есть книге, в которой каждое слово подтверждено самими битлами) биографии группы.

Её автор Хантер Дэвис. Лет 15 назад эту книгу мне принес Шеф (мой первый радионаставник) и заговорщически подмигнул. Чтение напоминало какую-то удивительную игру. Читаешь, вздрагиваешь, возвращаешься на 2-4 страницы назад, выискиваешь мелочи… Как будто что-то от тебя постоянно ускользает, какой-то тайный смысл. И ты, человек привыкший к традиционному роману, ждёшь кульминации. И что вот-вот тебе и скажут – ну по-че-му?? Как так вышло, что компания каких-то парнишек из островитянской провинции семь лет официально вертела миром, а потом просто перешла в статус непререкаемой легенды. И ты упорно ищешь секрет этого феномена, ответ на свой вопрос.

Автор, вроде бы, на твоей стороне и тоже разбирается: мимо нас проходит вереница друзей, родственников, встреч и событий. И вот уже перед тобой разворачивается целая битловселенная, которая держится на четырёх переменных. И ты наслаждаешься этим невероятным успехом, их дурачеством и трогательной искренностью. Ты их уже полюбил, но так и не понял – почему именно они?? А отгадки всё нет. Ты дочитываешь. Вот прямо всё понимаешь и в механизме записи, издательства и распространения альбомов. В настроениях и отношениях, гастрольных турах и творческих неурядицах. Тем более, когда ощущаешь, что каждое слово этой книги сами битлы прочли и расписались в том, что, мол, да, так всё и было. И вот ты владеешь всей информацией, но не складывается из неё слово «вечность».

За прошедшие годы я перечитала «Авторизованную биографию «Битлз»» Хантера Дэвиса пару десятков раз это точно. Некоторое время эта аудиокнига стояла у меня в режиме «please, rewind». И только совсем недавно я поняла главное. Нет никакого секрета

Страница 1 из 3

Сейчас 636 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

© 2019 Государственное учреждение культуры "Брестская центральная городская библиотека им. А.С. Пушкина". Все права защищены.